В заполярном грунте археологи нашли не только монеты и оружие, но и форму для пряника в виде рыбы. Среди суровых морозов люди играли в шахматы, носили суконную одежду и подписывали свои вещи. Мангазея оказалась гораздо живее школьного образа далёкого острога.
2. Город, возникший у дороги за пушниной
Мангазею основали на реке Таз в 1601 году. Это был первый русский город в Сибирском Заполярье и административный центр огромной территории. Через него шёл поток пушнины, прежде всего соболя, поэтому в источниках появилось выражение «златокипящая Мангазея».
Город состоял не из одного частокола. Здесь были кремль, посад, пристань, воеводский двор, таможня, жилые и ремесленные постройки, три церкви и часовня. Купцы, служилые люди и мастера связывали морские и речные пути Русского Севера с глубиной Сибири.
Мангазея просуществовала всего 71 год. Ограничение морского пути, смещение районов пушного промысла на восток, пожары и перенос административного центра постепенно лишили её прежней роли. В 1672 году город оставили, а Новая Мангазея развивалась уже на Енисее, на месте будущего Туруханска.
3. Почему дерево пережило три века?
Деревянный город обычно исчезает быстро: брёвна сгнивают, ткань истлевает, кожа распадается. В Мангазее холодный переувлажнённый грунт и многолетняя мерзлота замедлили работу микроорганизмов. Под землёй сохранились стены срубов, детали построек и вещи, которые в более тёплом месте дошли бы до нас лишь пятнами.
Первые длительные стационарные раскопки прошли в 1968–1973 годах. Новый этап начался в 2001 году. Только за 2001–2009 годы археологи исследовали 760 квадратных метров, полностью раскрыли 25 построек и частично ещё шесть. Было собрано более 25 тысяч индивидуальных находок, не считая больших серий массового материала.
Возраст и последовательность построек определяли по слоям, монетам, особенностям вещей и древесине. Дендрохронология сравнивает рисунок широких и узких годичных колец в брёвнах с эталонными рядами. Если наружные кольца сохранились, иногда удаётся приблизиться даже к году рубки дерева.
4. Вещи, которые возвращают жителей
Среди находок — кожаная обувь, рукавицы, фрагменты сукна, посуда, замки, ключи, инструменты, оружие, нательные кресты, украшения и монеты. Они показывают не торопливую стоянку добытчиков, а обустроенный город. Люди приезжали надолго, создавали семьи, держали хозяйство и занимались ремёслами.
Неожиданно много оказалось шахмат. По сводным данным раскопок 1968–1973 и 2000–2004 годов, найдена 261 деревянная и костяная фигурка. Встречались также доски, игральные кости и принадлежности для других игр. Видимо, длинные зимние вечера требовали не только дров, но и достойного соперника.
Особая находка — деревянная пряничная форма в виде рыбы. В её углубление вдавливали тесто, получая рельефный узор. Такой предмет говорит сразу о нескольких вещах: в городе были мука и пряности, существовала домашняя праздничная культура, а мастер умел вырезать сложное изображение.
Археологи обнаружили и подписи на бытовых предметах. Известны фрагмент ларца с именем «Устин», дно берестяного туеса с надписью «Карп кабальный» и доска с подписью «Андрей Димин». Надписи, бирки и фрагменты азбуки показывают, что грамотность не ограничивалась воеводской канцелярией.
5. Что город ел и с кем торговал?
Кости животных, растительные остатки, ткани, монеты и привозные изделия помогают восстановить экономику. Рацион не сводился к замороженной рыбе и случайной добыче. Город снабжался привычными продуктами, а набор находок включает орехи и фрукты, которые приходилось доставлять издалека.
Текстиль особенно хорошо показывает торговые связи. Среди сотен исследованных фрагментов есть и местные грубые ткани, и тонкое фабричное сукно, и привозная фланель. Стеклянная и фаянсовая посуда, цветные металлы и монеты тоже связывают заполярный город с рынками России и Европы.
Пушнина была главным товаром большой системы, но большинство постоянных жителей, по выводам исследователей, не уходило самостоятельно в дальний массовый промысел. Город обслуживал тех, кто добывал и привозил меха: снабжал товарами, ремонтом, хранением, управлением и торговлей.
6. Что говорит наука
Раскопки подтверждают планировку полноценного города и богатую повседневную культуру. Исследования экспедиций Арктического и антарктического научно-исследовательского института, Института археологии и объединения «Северная археология» документируют десятки построек и десятки тысяч предметов. Вывод о постоянном населении опирается не на одну эффектную вещь, а на совокупность жилищ, одежды, обуви, детских и игровых предметов, пищи и ремесленных отходов.
Наиболее вероятно, что Мангазея была не просто перевалочным пунктом, а городским центром, жители которого приспособили северорусский уклад к Заполярью. Отдельные интерпретации — например, кому именно принадлежала редкая вещь или как использовали неясный предмет — могут обсуждаться. Археология честно оставляет такие находки со знаком вопроса.
Гипотезы о несметных «пропавших сокровищах» Мангазеи документами и раскопками не подтверждены. Её настоящее богатство — пушной оборот и редчайшая сохранность обычной жизни, а не сундук с золотом под каждой половицей.
7. Так что нашли в Мангазее?
Нашли город, а не декорацию к истории землепроходцев. Он был холодным, удалённым и зависимым от сложных путей снабжения, но в нём читали, торговали, шили одежду, растили детей, пекли фигурные пряники и спорили за шахматной доской.
Именно бытовые мелочи сделали Мангазею близкой.
Напишите в комментариях, какая находка удивила вас сильнее всего: шахматы, подписи или деревянная рыба для пряников.
